Чем старше я становлюсь, тем острее осознаю, что через какие-то несколько рукопожатий знаком с великим этнографом Владимиром Арсеньевым и участниками его походов.

В конце двадцатых годов прошлого века моя бабушка, Вера Токарева, принимала участие в расшифровке полевых записей прославленного этнографа и путешественника. Имея хорошее образование и каллиграфический почерк, она переписывала его блокноты, заполнявшиеся во время экспедиций по Уссурийскому краю. Об этом еще ребенком я узнал от мамы.

Мой прадед Василий, отец Веры, был инженером, человеком уважаемым и состоятельным. Но информация о нем осталась отрывочная. Так жаль, что в детстве мы не догадываемся расспросить родных о подробностях семейных историй. Знаю, что в предреволюционное время семья жила в собственном доме с прислугой на станции Океанская в пригороде Владивостока. В этом доме бывали известные в городе люди: чиновники, предприниматели, научная интеллигенция и в том числе — Владимир Арсеньев.

Помню, бабушка показывала мне инженерный план того дома, где прошли ее детство и юность и который они были вынуждены покинуть в результате революционных событий. После этого семья обосновалась на новом месте, в поселке Тетюхе в верховьях реки Рудной — в тех самых местах, где проходили легендарные экспедиции Арсеньева.В нашей семье есть вещи той эпохи. А часть реликвий, вероятно, связанных с именем Арсеньева, уже в советское время семья передала Приморскому краевому музею имени В.К. Арсеньева во Владивостоке. Об этом я узнал уже после ухода бабушки: разбирал семейные архивы и нашел письмо от работника музея Людмилы Кузнецовой, где она благодарит за предоставленный материал.

В прошлом году в России отмечалось 150-летие со дня рождения Владимира Арсеньева. И мне снова так захотелось узнать подробности общения и совместной работы легендарного путешественника и нашей семьи. Но тогда заняться этим расследованием семейной истории так и не получилось. И вот, наконец, этой весной я отправился во Владивосток, в тот самый музей, чтобы расспросить хранителей о переданных для экспозиции вещах. Оказалось, что это жестяная коробка, два старинных утюга и пять рушников — артефакты из дома, свидетели той самой эпохи, которые, скорее всего, «помнят» образ и голос великого исследователя.

Судя по детским воспоминаниям, мои предки были очень интересными личностями. В доме у бабушки было множество книг и подшивок научной периодики. Красивые часы с боем, фарфоровые статуэтки. Большие бархатные альбомы были заполнены репродукциями известных художников и фотографиями артистов того времени. Она выписывала «Огонек» и «Науку и жизнь». Гостив у нее, я зачитывался романом Арчибальда Кронина «Звезды смотрят вниз» о жизни шахтеров. Чтение этой книги и технической литературы отчасти определило мою профессиональную судьбу.

Несмотря на то что всю жизнь бабушка была домохозяйкой, она вела активный образ жизни и была полезной обществу. Перед ее домом был разбит красивейший, по‑настоящему царский цветник. Нигде я не видел ничего подобного! Одних только георгинов там росло несколько сортов. К дому люди приходили специально, чтобы любоваться этой красотой.

Не менее яркий вклад — ее работа над теми самыми путевыми записками Арсеньева. Возможно, какие-то из записей, которые довелось приводить в порядок моей бабушке, легли в основу первого, опубликованного в 1947 году шеститомного собрания сочинений Арсеньева. Эти книги, выпущенные в мягком переплете и уже обветшавшие, в нашей семье бережно хранят.

Лесные люди

В Музейно-выставочном центре Находки есть уникальный экспонат: 3D‑диорама, помощь в создании которой оказало ООО «Транснефть — Порт Козьмино». Она рассказывает об истории земель Приморья и народов, их заселявших. Есть в этих материалах и кадры кинохроники — советских этнофильмов Александра Литвинова «По дебрям Уссурийского края» и «Лесные люди», снятых в 1928 году. Арсеньев выступил консультантом этих кинолент.

Александр Литвинов — первопроходец отечественного этнографического кино. В 1927 году молодой режиссер родом из Баку был принят на московскую кинофабрику «Совкино» (к этому моменту он в соавторстве с Николаем Лебедевым уже снял фильм «Нефть»). На съемки во Владивосток киноэкспедиция выехала в феврале 1928 года. Арсеньев посоветовал им сосредоточиться на удэгейцах и познакомил с местным проводником Сунцаем Геонка.

Александр Литвинов говорил: «Зафиксировать на пленку и показать жизнь и быт далеких народностей Советского Союза — такова была цель моих киноэкспедиций. В итоге этих кинопоходов многомиллионный зритель познакомился с судьбой малых народностей Дальнего Востока».

Интересны и воспоминания режиссера непосредственно о съемках. В своей книге «По следам Арсеньева» он писал: «Стойбище Инси Амуленка нам очень понравилось. Оно было живописно расположено на правом берегу протоки. Три юрты на переднем плане, в глубине, с одной стороны, возвышалась изба Инси, а с другой, ближе к тайге, — амбар на сваях. Особенно сложной для меня, кинорежиссера, представлялась задача использования лесных людей в качестве действующих лиц фильма. Я должен был развернуть на экране весь образ жизни этого маленького народа и показать первые шаги приобщения его к советской культуре».