/ *** /
Для нас это было, наверное, как проезд первого поезда по БАМу для его строителей. Некоторые решения принимались непосредственно на площадке и позволили ускорить процесс. Например, чтобы разделить газовоздушную смесь, в трубу было необходимо закачать партию воды и этой водой столкнуть скребок, который шел впереди потока. Сначала предполагали задействовать передвижные насосные установки. Но, просчитав еще раз, увидели, что все можно проделать с помощью одного современного пожарного автомобиля. Еще раз просчитали и решились. Подогнали пожарный автомобиль, запустили насос и… скребок пошел.
На первом заполнении не возникло ни одной нештатной ситуации, все прошло без сучка без задоринки. Но, чтобы этого добиться, приходилось работать по 12–15 часов, причем всем — от рабочих до инженеров и руководителей.
/ *** /
ТС ВСТО — это общее детище компании. Здесь работали практически все дочерние общества. И на строительстве, и на заполнении. На первом этапе у нас была большая нехватка своих квалифицированных специалистов. Приводили с собой коллег со своих бывших предприятий. Поэтому на тот момент получилось, что основной костяк «Востокнефтепровода» сложился из сотрудников ОАО «Транссибнефть» и ОАО «Сибнефтепровод», откуда пришел я сам. Потом стали приходить руководители из других дочерних обществ, которые, в свою очередь, приводили с собой людей. Сегодня ситуация изменилась в корне: у нас уже есть сформировавшийся коллектив. Прошли обучение и становление специалисты из числа коренного населения, и теперь, например на станции «Алдан» (НПС № 17), из приезжих остался только один оператор из Омска. Остальные — местные жители. Это как в Западной Сибири: нефтяники были сначала из Азербайджана, Татарстана, Башкирии, а сейчас там все нефтяники — свои. То же самое и с ВСТО: появилась труба — и процесс пошел. Так скоро и на Дальнем Востоке будет. История повторяется.
/ *** /
В первое время было немало скептиков в отношении ВСТО. Многие писали, что заполняемость нефтью будет никакой, что объект строится ради пиара. Но мы делали свою работу, не обращая внимания на скептиков. В 2008 году после запуска в октябре участка Талакан — Тайшет мы приняли в нефтепровод до конца года около 480 тыс. т нефти. <…> Первыми месторождениями были Талаканское и Верхнечонское, затем присоединились Дулисьминское, Ярактинское, готовы к поставкам нефти и выполнили все технологические подключения в «Таас-Юрях Нефтегазодобыче» в Ленском районе. Так что, кто бы что ни говорил, у нас все получилось: сегодня ТС ВСТО — самое востребованное направление у нефтяников.
«Это был очень волнительный момент»
О заполнении нефтью ВСТО — Александр Зленко, работавший тогда главным инженером ООО «Востокнефтепровод».
— Александр Владимирович, за что отвечали эксплуатационные службы «Востокнефтепровода»?
— За эксплуатирующими организациями системы «Транснефть» закрепили участки линейной части. Подразделения дочерних обществ оказывали помощь подрядчикам как в доставке материалов, так и непосредственно в строительно-монтажных работах. «Востокнефтепровод» координировал подрядчиков вместе с ЦУП ВСТО. На предприятие возложили ответственность за своевременную и качественную приемку системы в эксплуатацию.
— Помните первую нефть ВСТО?
— Мы приступили к заполнению участка Тайшет — Талакан в апреле 2008 года. Это был очень волнительный момент. Были на ГНПС «Тайшет» вместе с генеральным директором «Востокнефтепровода» Виктором Бронниковым. Для сопровождения поршней-разделителей приходилось использовать вездеходную технику, а чтобы контролировать процесс заполнения — воздушный транспорт.
— Почему приняли решение о реверсе нефти?
— На тот момент компании «Сургутнефтегаз» и «Верхнечонскнефтегаз» уже были готовы поставлять нефть в нашу систему. Нефтяники получили возможность запустить месторождение в промышленную эксплуатацию, а мы опробовать нефтепровод. В октябре 2008 года нефтяные компании начали транспортировку в реверсивном режиме — еще один знаковый момент. Транспортировка осуществлялась временными насосными агрегатами, установленными на территории приемо-сдаточного пункта нефтяников.