От батрака до маршала
Он родился в 1895 году в Бессарабской губернии (сегодня Одесская область) в крестьянской семье, был семнадцатым, младшим ребенком. Тяжелая работа с ранних лет, несколько классов церковно-приходской школы.
В 1914 году его призвали в армию. Окончил пулеметную школу, получил звание вахмистра. Попал в кавалерию и быстро приспособился к полевой жизни. Был дерзок в бою, на хорошем счету у начальства. Участвовал в Брусиловском прорыве. Заслужил три Георгиевских креста за храбрость. Но пылкий нрав и обостренное чувство справедливости чуть не стали для него роковыми. Заступившись за солдата, Тимошенко сильно повздорил с офицером и попал под трибунал. Из заключения его освободила Февральская революция 1917 года.
Его карьера в Красной армии была стремительной — в марте 1918 года он вступил в РККА простым красноармейцем, уже через месяц командовал взводом, через три — эскадроном, а в августе 1918 года возглавил 1‑й кавалерийский Крымский полк, с которым участвовал в обороне Царицына. В 24 года он уже один из лучших комдивов Первой конной, любимый солдатами и ценимый высшим руководством. Он сражался с белополяками Пилсудского и бандами Махно, брал Ровно, гнал войска Врангеля в Крым. Там в 1920‑м Гражданская война для него закончилась. Он вернулся с нее с тремя орденами Красного Знамени и — желанием профессионально учиться военному делу.
Военную премудрость постигал в лучших учебных заведениях страны. С 1937 года он уже командует военными округами, в 1939‑м получает звание командарма 1‑ранга, а в мае 1940‑го (ему 45 лет) становится Маршалом Советского Союза и наркомом обороны.
Старший товарищ
Многие полководцы, прославившиеся на полях Великой Отечественной, в том числе будущие кавалеры ордена «Победа», воевали под началом Тимошенко в Гражданскую. Многие были выдвинуты по его рекомендациям, кого-то он избавил от несправедливого следствия и тюрьмы. Плеяда молодых талантливых командиров — Жуков, Мерецков, Рокоссовский, Говоров, Толбухин, Малиновский — относились к Тимошенко как к старшему товарищу. А ведь он был одного с ними возраста.
Никто из коллег, несмотря на взлеты и падения Тимошенко, удачи и досадные ошибки, никогда не говорил в его адрес плохого слова. Жуков, который не стеснялся в выражениях и оценках, о Семене Константиновиче всегда высказывался исключительно с уважением. Тимошенко ни разу не был замечен в выступлениях против товарищей. Наоборот, только заняв высокую должность наркома, подготовил записку Сталину с просьбой о пересмотре трехсот дел, заведенных против командиров Красной армии. Когда он рассказал об этом Буденному и Ворошилову, те категорически не советовали давать хода этому документу, но он поступил по‑своему. В итоге — пересмотр почти 250 дел, и многие талантливые командиры в канун Великой Отечественной войны покинули тюрьмы.
Почему руководитель страны Советов так доверял ему? Они познакомились в Гражданскую под Царицыном, где Сталин представлял Реввоенсовет. Возможно, бравый красный командир, который со своим полком с тяжелыми боями пробился к городу, произвел впечатление. Потом они встречались не раз уже в составе Первой конной армии. Тимошенко и вправду не прятался за спины товарищей, сам вел подразделения в бой. Не даром и Тухачевский, и Буденный называли его лучшим кавалеристом Красной армии.
Зимняя кампания
Легких путей не искал. Сам вызвался исправить ситуацию, в которую из-за недооценки противника скатилась советско-финская война. Причем Тимошенко и начальник Генштаба Михаил Шапошников изначально были против плана, предложенного Кириллом Мерецковым (в то время командующим Ленинградским военным округом). Согласно нему, война должна была завершиться в 12–15 дней.
В январе 1940 года в Кремле собралось совещание. Вот как вспоминает об этом в книге Константина Симонова «Глазами человека моего поколения» Маршал Советского Союза Александр Василевский:
«Встал вопрос о том, кто будет командовать войсками на Карельском перешейке. Сталин сказал, что Мерецкову мы это не поручим, он с этим не справится. Спросил:
— Так кто готов взять на себя командование войсками на Карельском перешейке?
Наступило молчание, довольно долгое. Наконец поднялся Тимошенко и сказал:
— Если вы мне дадите все то, о чем здесь было сказано, то я готов взять командование войсками на себя и надеюсь, что не подведу вас.
Так был назначен Тимошенко».
Сразу бросаться в бой он не стал: дооснастил армию, утеплил боевой состав, организовал усиленные тренировки. И только потом скомандовал наступление. Линия Маннергейма рухнула, в начале марта советские войска вошли в Выборг. За эту операцию Тимошенко был награжден Золотой Звездой Героя Советского Союза.
На сложных участках
Перед началом войны Тимошенко вместе с Жуковым, который тогда был начальником Генерального штаба, неоднократно информировал Сталина о ситуации на границе. Был представлен план, который предполагал опережающий удар. Однако Сталин был против любых мер, которые могут насторожить противника. Будучи наркомом обороны, Тимошенко как мог пытался выправить ситуацию в рамках сталинских распоряжений.
Его главной победой в Великую Отечественную войну стало взятие Ростова-на-Дону осенью 1941 года. А главным поражением — провал наступления под Харьковом в 1942‑м.
В июле 1941 года обязанности наркома обороны взял на себя Сталин, Тимошенко стал его заместителем, но еще до этого ему было поручено командование Западным направлением — самым сложным на тот момент участком.
Маршал отправился на фронт на 11‑й день войны. Под его командованием велась оборона Смоленска, которая сумела задержать стремительное наступление врага. После потери города Тимошенко перебросили на Юго-Западное направление. Осенью была проведена ростовская операция. Ростов-на-Дону стал первым крупным освобожденным городом. Оборонительные бои и первые победы Красной армии остудили пыл нацистов. Уже тогда многие поняли, что блицкрига по примеру Европы не получится. «Ростов был началом наших бед: это был первый предостерегающий сигнал», — писал генерал Гейнц Гудериан в своих воспоминаниях.
***
«Четыре месяца войны со всей очевидностью показали всему миру, что так называемая непобедимая гитлеровская армия головорезов несет величайшие потери в борьбе с Красной армией. Попытка молниеносной войны окончилась крахом. Германская армия влезла в длительную, жестокую, смертельную войну, и в этой войне германский фашизм найдет себе могилу».
Из выступления Семена Тимошенко на военном параде 7 ноября 1941 года в Воронеже
***
В декабре был отбит Елец и ликвидирован елецкий выступ. Эта операция стала частью битвы за Москву и отвлекла значительные силы германской армии от столицы, усилив контрнаступление Красной армии.
От Харькова до Вены
Потом был Харьков. Сталин, воодушевленный первыми победами, решил наступать дальше и планировал завершить войну до конца 1942 года. Но Харьковская наступательная операция, основная часть которой легла на Юго-Западный фронт под командованием маршала Тимошенко, полностью провалилась.
До 1943 года он командовал фронтами, затем координировал в качестве представителя Ставки Верховного Главнокомандования большинство стратегических операций. По свидетельству многих представителей командного состава, не просто контролировал ситуацию, а деятельно участвовал в разработке операций, в том числе блистательной Ясско-Кишиневской.
***
«Первая основная задача, поставленная Вами 2‑му и 3‑му Украинским фронтам, выполнена. Немецко-румынские войска разбиты, их остатки в беспорядке бегут за реку Сирет. Главная немецкая кишиневская группировка окружена и уничтожается. Наблюдая искусное руководство войсками в широком масштабе со стороны Малиновского и Толбухина, считаю своим долгом просить <…> о присвоении воинского звания «Маршал Советского Союза» генералам армии Малиновскому и Толбухину».
Из донесения С. К. Тимошенко И. В. Сталину
***
Победу Тимошенко встретил в Вене. Вечером 10 мая 1945 года они с Родионом Малиновским слушали посвященный советским воинам концерт классической музыки.
Через два дня он отбыл в Москву. Начиналась мирная жизнь. Тимошенко возглавил работу Военной комиссии депутатов Верховного Совета СССР по подготовке закона о демобилизации. 4 июня был награжден орденом «Победа», 24 июня был на Параде Победы.
Высших военных должностей больше не занимал. Командовал Барановичским, Белорусским, Уральским военными округами. С 1950 года работал в группе генеральных инспекторов Министерства обороны СССР, с 1962‑го возглавлял Советский комитет ветеранов войны.
«Я многому от Вас научился. Это дало возможность мне овладеть оперативно-стратегическим искусством, которое так пригодилось в Великой Отечественной войне. Накануне войны Вы избрали меня из многих начальником Генерального штаба, и я никогда не забуду, сколько трудов Вы положили над созданием хорошо подготовленной Красной армии».
Дарственная надпись Семену Тимошенко, сделанная Георгием Жуковым на книге воспоминаний.
С корреспондентами «ТТН» встретился внук маршала Александр Капалкин
***
У него было пятеро внуков: Света и Вася — дети старшей дочери Екатерины и Василия Сталина, Вася и Семен — от сына Константина и Нелли Чуйковой (дочери маршала Чуйкова), и я — сын его дочери Ольги.
Летом мы все рвались к деду на дачу в Архангельское. И Новый год всегда там отмечали. Дед ставил огромную елку, а мы ее наряжали и всю ночь ждали, когда сможем выскочить и забрать подарки.
Я его очень любил и уважал, он был совершенно особенный человек. Жил работой! Утром его забирала машина, вечером привозила домой или на дачу в Архангельское. С одной стороны — делегации, приемы, рабочие встречи, общение с самыми разными людьми. С другой — абсолютное отсутствие интереса к повседневному внешнему миру. Он не выходил на улицу, не знал, что там происходит и как себя там вести.
***
Очень ценил оружие. Для него сабля, пистолет, винтовка — как продолжение руки. Была специальная деревянная бита, с которой он занимался уже в зрелом возрасте. По весу, как сабля, он упражнялся с ней после утренней гимнастики: так ее крутил, что в какой-то момент она терялась из вида. Тогда я понял, каким грозным оружием была шашка в руках кавалериста.
Идеально стрелял, при том, что плохо видел на правый глаз: последствие ранения в Гражданскую. Поэтому прицеливался левым и делал выстрел с левой руки. Часто устраивал нам с двоюродными братьями тренировочные стрельбы по мишеням. Мы росли среди оружия и умели неплохо стрелять. Кто первый по очкам — получает юбилейный рубль, кто второй — обычный, третий не получал ничего. Но он сам попадал не просто в десятку, а в самый центр.
***
Когда я чуть подрос, родителей отправили работать во Францию, а меня — в Белоруссию, где дед в 50‑х командовал военным округом. Хорошо помню Минск, большой дом с конюшней и гаражом. Дед был мне вместо отца. Маленьким я помню их с бабушкой, а потом уже родителей. В Минске он ко мне солдата прикрепил. Худенький, невысокий, но очень веселый — Леня. Я жутко этого Леню полюбил, он был лучше всякой няньки. И когда в Москву уезжать, я деду так и заявил: «Без Лени не поеду». Дед вызвал Леню и сказал, что забирает его в Москву и что он будет «при внуке, в зачет службы».
***
Бабушка Анастасия Михайловна умерла рано, в 1962 году. Дед очень любил ее. Она была единственная, кто мог на него повлиять, и действовала как успокоительное. Он человек горячий, мог разойтись не на шутку, а бабушка как-то умела его остановить. Ласково говорила: «Семочка, ну что ты, что ты…» Он ворчал, но сразу сдавался и остывал.
***
Дед был здоровый и активный. У брата Васи на даче висит картина, где Тимошенко бежит на лыжах. А летом выйдет в спортивных трусах и пошел вокруг дачи. Пару кругов даст, потом на шведскую стенку — на руках до самого верха. Потом подтягивается, отжимается. И давай опять свою булаву крутить — аж воздух свистит.
И мы были спортивные. Тоже на шведской стенке, на турнике, на городошной и волейбольной площадках. Бадминтон, на велосипедах гоняли. Много гуляли с ним в лесу. На улицу он не ходил, а вот в лес всегда. Раньше в Архангельском настоящий лес был — кабаны, зайцы, лоси.
***
Был очень скромный, не выпячивался. Помню случай. В 1959 году мы поехали в санаторий им. Фабрициуса в Сочи целой компанией — дети, внуки. Идем в столовую, нам отдельную комнату выделили. А там полный зал, все в модных тогда белых широких парусиновых штанах. И вдруг перед дедом встает высоченный мужик в вышиванке и вытягивается по стойке смирно. Тишина вокруг. Следом за ним встает весь зал. Оказалось, что это Рокоссовский. Дед поклонился ему, потом всем, и мы вышли. Мне это воспоминание впечаталось в память. Потом уже от мамы узнал, что он очень содействовал тому, чтобы Рокоссовского выпустили из тюрьмы, и считал его одним из лучших командиров.
***
Про войну не рассказывал. А вот мирные истории из своей юности часто вспоминал. Например, как он чуть не утонул. Прямо рядом с их селом Фурмановкой было большое озеро Китай. Они с дядей поплыли рыбачить, лодка перевернулась. Дядя утонул. А он поплыл к берегу, продираясь сквозь плавни — густую растительность. Вокруг видимо-невидимо водяных змей. Ему приходилось от них отмахиваться, раздвигать руками змеиные клубки. Ему было 14 лет. Еле доплыл…
***
Много раз был ранен. Правый глаз плохо видел из-за того, что ему шашкой по голове досталось. Мама говорила, что он чуть не погиб в Гражданскую: на опустевшем поле боя ночью в груде мертвых тел его отыскал адъютант и отвез в госпиталь. Он весь в шрамах был, возле сердца ранение. А сколько лошадей под ним погибло…
***
Орден «Победа» надевал по праздникам, хранил его дома. После его смерти приехали из Министерства обороны и забрали все оружие и отечественные ордена. Только гильза от «сорокопятки» осталась, подаренная ему на память после ростовской победы в 1941 году.
***
Перед Новым, 1970-м годом позвонили с дачи, что деду плохо. Это был первый Новый год, когда мы не поехали в Архангельское. После приступа он запретил к нему ездить. А потом помню, как отец зашел и сказал: «Семен Константинович умер».
***
Сейчас про Великую Отечественную войну много отсебятины пишут. Один написал, не проверив, другой подхватил — и пошло-поехало. А сколько экспертов разных появилось, и все советуют — надо было сделать, так и так. Но ты же не был там и даже не представляешь, почему были приняты именно такие решения. Домыслы, нелепые теории… Поэтому мама журналистов не любила и приняла участие в подготовке единственной книжки о нем. Все, что успела…