«Собственный Ея Величества сервиз»
История российского фарфора началась с авантюры. Петр I, а потом его дочь Елизавета мечтали, чтобы в стране появились собственные мануфактуры по изготовлению «посуды королей», ценившейся не меньше золота. Европейские производители (как когда-то китайские) строго хранили секреты мастерства. В 1744 году российский наместник в Восточной Пруссии Николай Корф договорился с проживавшим в Стокгольме немцем Христафом-Конрадом Гунгером, и тот уверил, что сможет «учредить в Санкт-Петербурге мануфактуру для делания голландской посуды, також и чистого фарфора, так, как оный в Саксонии делается». Тайно на военной галере иностранца увезли в Россию.
К Гунгеру приставили молодого бергмейстера Дмитрия Виноградова, недавно вернувшегося из-за границы, где он учился горному делу вместе с Михаилом Ломоносовым. В течение трех лет немец пытался наладить производство на Невской порцелиновой мануфактуре, но ничего не вышло, за что и был отстранен от должности. Дело возглавил Виноградов, сумевший разработать рецепт российского фарфора, глазури, красок по фарфору, золотого порошка для декора. Он также спроектировал печи для обжига и разработал методы формовки.
Сначала на Императорском фарфоровом заводе изготавливали табакерки, пуговицы и другие мелкие предметы. Но уже в 1756 году по проекту российского инженера построили большой горн для обжига и приступили к производству «посуды королей». «Собственный Ея Величества» обеденный сервиз для парадных приемов императрицы Елизаветы Петровны сейчас можно увидеть в Государственном Эрмитаже в Санкт-Петербурге.
«Мы новый мир построим»
После революции Императорский фарфоровый завод национализировали. Первый комиссар народного просвещения РСФСР Анатолий Луначарский предложил книжному графику и художнику-керамисту Сергею Чехонину руководить творческой частью производства, тот, в свою очередь, привлек на предприятие многих крупных художников-авангардистов. Многие из них восприняли социальный переворот как революцию духа. На бывшем Императорском, а ныне Государственном фарфоровом заводе, на оставшихся с царского времени заготовках художники вручную писали лозунги, донося массам революционные идеи. Доходили ли в результате их произведения до народа, сказать сложно, так как массового производства не было. Сейчас агитационный фарфор ценится необычайно высоко и на аукционах уходит за миллионы рублей.
На открывшейся выставке представлены тарелки с надписями Сергея Чехонина «Борьба родит героев» и «Кто не с нами, тот против нас», «Мы новый мир построим» Михаила Адамовича и скульптуры — герои и антигерои тех лет. Например, «Работница, вышивающая знамя», «Матрос со знаменем» Натальи Данько или «Буржуйка, продающая вещи» Алисы Брускетти-Митрохиной.
Также зрители могут познакомиться с образцами супрематической посуды, формы и эскизы росписи которых разрабатывал Казимир Малевич. Прямые линии и углы, в росписи — геометрические фигуры. Цвет — черный на белом фоне, красный, неяркий желтый. Императорский фарфоровый завод выпустил в 2016 году по формам создателя «Черного квадрата» супрематический чайник и получашки. Уютное чаепитие с ними представить сложно, но смотрится очень интересно.
1765 – Императорский фарфоровый завод
1918 – Государственный фарфоровый завод
1925 – Государственный фарфоровый завод им. М.В. Ломоносова
1957 – Ленинградский фарфоровый завод им. М.В. Ломоносова
1993 – Ломоносовский фарфоровый завод
2005 – Императорский фарфоровый завод
«Спасибо товарищу Сталину»
Период авангарда в фарфоре был ярким, но не долгим. На смену стилистически неоднородному, многозначному направлению в советское искусство пришел сталинский ампир — строгость и монументальность форм. В ходу — массивные парадные вазы, на сервизах — прославление победившего социализма. Герои композиций — вожди и окружающий их довольный народ. Например, «Спасибо товарищу Сталину за счастливое детство». Дети с книгами, музыкальными инструментами, а рядом мудрый отец народов Иосиф Виссарионович.
Дореволюционные художники встраиваются в новые реалии времени, и небезуспешно. По словам научного сотрудника отдела вещевых фондов Музея современной истории России Полины Потаповой, когда в 1937 году ленинградский фарфор выставлялся на Всемирной выставке в Париже, то письменный прибор Наталии Данько из композиции «Обсуждение сталинской конституции в колхозе Узбекистана» произвел фурор. Чернильница в нем спрятана под фруктами, а под загибом ковра — место для перьев. На выставке «Фарфор и время» представлена реплика работы художницы, выполненная мастерами современного Императорского фарфорового завода.
В период неоклассицизма возникла и так называемая «Кобальтовая сетка». В 1944 году знаменитый сине-золотой узор разработала для тогдашнего Ленинградского фарфорового завода художник Анна Яцкевич, которая пережила блокаду, — во время Великой Отечественной войны она делала маскировочную сетку для кораблей. На создание геометрического рисунка ее вдохновили заклеенные крест-накрест окна и лучи прожекторов. В 1958 году за эту работу художница получила золотую медаль на Международной выставке в Брюсселе, правда, самой Анны Яцкевич к этому времени уже не было в живых.
«Девушка со снопом»
Суровое сталинское время смягчилось хрущевской оттепелью. В 1960-х художники стали создавать теплые уютные произведения, которые приносили радость в дом. В страну пришел мир, мечталось о спокойствии и благополучии. Яркий пример фарфора того времени — «Праздничный» чайно-кофейный сервиз 1962 года. Ваза, чайник или кофейник в форме капли с яркими полосками стал бы украшением любого стола, за которым собиралась семья.
Из этой же серии домашних изделий — карандашница «Урожай» («Девушка со снопом») 1955–1960‑х годов, которую «Транснефть» приобрела для Музея современной истории России, чтобы сохранить память о том времени. Хрупкую вещь теперь будут бережно хранить, чтобы ее смогли увидеть потомки. Подарки к столетнему юбилею Музея современной истории России преподнес и президент компании Николай Токарев, передав в музейную коллекцию несколько ценных изделий советского фарфора.
К теплым человечным сюжетам обращаются и современные авторы. Например, на выставке «Фарфор и время» представлена скульптура Анатолия Белкина «Корюшка пошла»: рыбку, покуривая папиросу, ловит небритый мужичок.
«Эта музыка будет вечной»
Вышки с электропроводами периода электрификации всей страны, строительные краны великих строек пятилеток — на советском фарфоре. Отражение реалий нашего времени — на супрематическом сервизе «Нефть» художницы Татьяны Афанасьевой: нефтяные качалки и морские платформы. Сервиз создавался по заказу нефтяной компании, однако был выполнен на столь высоком художественном уровне, что сразу попал в музейные коллекции Эрмитажа, Императорского фарфорового завода, а теперь и в Музей современной истории России.
Красные кони скачут на вазах и чайниках, форму для которых придумали супрематисты. Революционные идеи прошлого переплелись с поисками современных художников. Благодаря поддержке «Транснефти» удивительную выставку, связавшую воедино время и место, смогут увидеть зрители не только в Москве, но и на Дальнем Востоке — в Благовещенске, Комсомольске-на-Амуре и Хабаровске.
Видеорепортаж о выставке «Фарфор и время» в Государственном центральном музее современной истории России