
Вотчина ворон
Белозерский князь Вячеслав в 1146 году отправился с походом на север против напавшей на его владения «чуди белоглазой». Князь достиг Белого моря, а на обратном пути нашел удобную стоянку для отдыха на Онеге, где и приказал поставить острог. Здесь было много ворон (карг), поэтому место он назвал каргиным полем. Так описал историю возникновения города Гавриил Державин, который, будучи правителем Олонецкого наместничества, нашел в каргопольском монастыре рукопись, повествующую об этом.
Ворон корреспонденты «ТТН» в городе не увидели, а вот чаек здесь невероятно много. Рядом с ними голуби ведут себя как бедные родственники, которые скромно топчутся на обочине птичьей жизни.
В Средневековье город благоденствовал благодаря соли. Ее везли с Белого моря, и стоила она в три раза дороже хлеба. Каргопольцы получили от Ивана Грозного монопольное право на ее продажу: вологжанам и другим торговым людям запрещалось вести дела по ее покупке у производителей. И каргопольские купцы развернулись: они устраивали в городе большие склады, торговали еще и лесом, и пушниной. В окрестностях добывали железную руду. В 1588 году английский посол Джайлс Флетчер среди самых значительных русских городов называл и Каргополь.
При Иване Грозном здесь был построен из известняка храм Рождества Христова. Этого камня в окрестностях очень много, о чем свидетельствует и вода, льющаяся из кранов в домах: на них образуется известковый налет. Благодаря пористости минерала влага не разрушает каменную кладку, а потому здания особо прочные. Всего в Каргополе было возведено более 17 церквей — одна другой краше. После революции половина из них была разрушена. Среди уцелевших — Благовещенская со сложной каменной резьбой на фасаде. По легенде, одним из жертвователей на нее был Петр I, выделивший в 1692 году на постройку сто рублей.
Сейчас все храмы можно увидеть только в игрушечном исполнении в каргопольском Центре народных ремесел «Берегиня», где представлены работы мастера Тамары Водяницкой.

Питерские параллели
Улицы в Каргополе прямые, все дома стоят как по линейке. И все из-за пожара. В 1765 году каргопольская мещанка спустилась в погреб со свечой. Перекрытие вспыхнуло, огонь помчался по улицам, и почти весь город выгорел. Тогда Екатерина II распорядилась предоставить жителям беспроцентную ссуду на строительство домов, но поставила условие, чтобы они возводились по плану и на каменном фундаменте.
Императрица также пожаловала городу 5 тыс. руб. на строительство колокольни на Соборной площади. Возводили ее более 10 лет, царских денег не хватало, и средства собирали всем миром. В 1778 году, когда самое заметное сооружение в Каргополе высотой свыше 60 м достроили, по местной легенде, царицу ждали с визитом, а потому крест на колокольне установили не на восток, как полагается, а в направлении главной Санкт-Петербургской улицы. Сейчас на колокольню поднимаются, чтобы полюбоваться онежскими видами и панорамой городских окрестностей. В полдень с Соборной площади раздается удар колокола. Зимой, когда в Каргополе собираются на фестиваль лучшие звонари России, на колокольне звонят с утра и до ночи.

Северное чудо
Во время страшного пожара стены Христорождественского собора дали трещины, погибло почти все внутреннее убранство. Его восстановили только к 1778 году: пристроили мощные контрфорсы, зашили тесом. Тогда же возвели высокий позолоченный резной иконостас, при взгляде на который понимаешь: если бы в Каргополе было только это деревянное чудо, то сюда все равно стоило бы приехать. Пять ярусов икон венчает распятие с фигурами Богоматери и апостола Иоанна. Рядом с Царскими вратами когда-то стояли вырезанные из дерева ангелы с рипидами (опахалами). Советское время они не пережили, но если запрокинуть голову, можно увидеть мощную деревянную руку, на которой держалось паникадило со свечами.
Самая древняя, спасенная во время пожара икона Рождества Христова XVI века сейчас хранится в Русском музее в Санкт-Петербурге. Однако остальные образы по‑прежнему находятся на иконостасе. Большую их часть написали в XVIII веке иконописцы местной артели Ивана Богданова-Карбатовского. Вторая часть фамилии указывает на родину мастера — онежскую деревню Карбатово. В нижнем (местном) ряду иконы напоминают о связанных с городом местах и событиях. Например, Успение Богоматери отсылает к Успенскому женскому монастырю, с XVI века действовавшему в Каргополе и закрытом после революции.

Упорство старой веры
В Каргопольском историко-архитектурном и художественном музее собрана третья по величине после «Кижей» и Кенозерского национального парка коллекция небес — потолочных расписных граней, которые устанавливались в деревянных храмах. На земле их подгоняли по размерам и расписывали. На восточной стороне небес всегда изображалось распятие, в центре — Троица, по сторонам — трубящие ангелы. Сюжеты для росписи местные иконописцы брали и из западной иконографии. Недавно жительница принесла в Каргопольский музей чемодан с покрытыми плесенью книгами, оставшимися с дореволюционных времен от родственника-священника. Среди них оказалась «Библия в иллюстрациях Юлиуса Шнорра фон Карольсфельда», откуда, как выяснилось, было скопировано изображение для одного комплекса небес.
Как пояснила «ТТН» заместитель генерального директора по научной работе Каргопольского государственного историко-архитектурного и художественного музея Ольга Пригодина, небеса на Русском Севере появились во времена борьбы со старообрядцами, чтобы привлечь прихожан в храмы. Многие северяне сочувствовали раскольникам, в том числе и самым радикальным. Через Каргополь проходил тракт, связывающий главные вотчины раскольников — Вологду и Поморье. У каргопольцев находили приют странники, или бегуны и скрытники. В жилищах «христолюбцев» они укрывались от властей.
На первый взгляд дома сочувствующих каргопольцев ничем не отличались от остальных, но внутри они были полны потаенных помещений со множеством входов и выходов, где и протекала жизнь странников. Они плели лапти, шили обувь, вязали, изготавливали кресты, занимались перепиской книг и писали иконы. В Каргопольском музее хранится 16 восьмиконечных старообрядческих, без распятий, крестов, резные иконы-складни, а еще лубочная акварельная лествица, из которой видно, что человеческая жизнь делится на семилетние периоды. На пик человек поднимается в 45 лет, когда наступает «театр жизни», после чего движется к закату.

Каргопольцы на Аляске
На набережной в Каргополе установлен памятник первому главному правителю Аляски Александру Баранову. Юношей он отправился из Каргополя на заработки в Сибирь, где преуспел, однако в одночасье разорился и согласился на предложение возглавить Российско-американскую компанию, чтобы наладить добычу каланов на Крайнем Севере Америки. Баранов проявил себя как настоящий государственный деятель. Он оборонялся от местных племен, искал с ними взаимодействие, отстаивал интересы России и налаживал связи с другими странами.
За усердие, и чтобы придать статус своему представителю на Аляске, Павел I наградил Александра Баранова именной золотой медалью Святого Владимира на ленте. При активном содействии Баранова его помощник, коммерц-советник Иван Кусков основал в Калифорнии русское поселение Росс (Форт-Росс), чтобы поставлять жителям Аляски продовольствие.
ПАО «Транснефть» много лет поддерживало общество по сохранению исторической крепости Форт-Росс и проведение российско-американской конференции «Диалог Форт-Росс», где обсуждались вопросы энергетического и культурного сотрудничества.
Александр Баранов умер в 72 года на корабле, возвращаясь на родину, и по морскому обычаю тело первого правителя Аляски опустили в море.

Искусство лепки знаменитой на весь мир каргопольской игрушки сохранилось почти случайно, когда осталась одна мастерица бабушка Ульяна, которая успела передать секреты мастерства каргопольцам. Жирная глина заготавливается осенью, когда нет мошки, и хранится в течение года. Фигурки лепятся из одного куска, после чего сушатся и отправляются на обжиг. Как правило, учатся этому мастерству с малых лет. Чтобы слепить несложную игрушку, мастеру требуется несколько минут. Сейчас в Каргополе изготовление глиняной игрушки — развитый промысел. Их с удовольствием покупают многочисленные туристы, они отправляются на российские и зарубежные выставки.
Котлас и котлашане
В отличие от Каргополя промышленный Котлас, неподалеку от которого проходит трубопровод Ухта — Ярославль, долгое время был деревней. Даже после того, как сюда в конце XIX века стараниями министра финансов Сергея Витте проложили из Перми железную дорогу, по которой везли сибирское зерно к пристани на Северной Двине. Чтобы перевалка в этом направлении стала привлекательной, Витте распорядился установить более низкий железнодорожный тариф для грузов.
Во время Первой мировой войны, когда в России закрылись все порты кроме Владивостока и Архангельска, котласский транспортный узел получил очередной импульс к развитию — через него стал переправляться уголь. Его доставляли баржами из Архангельска, и далее он следовал по железной дороге в центр страны.
После Февральской революции Котлас признали городом, хотя его улицы по‑прежнему напоминали деревенские. Когда в нынешнем котласском микрорайоне Лименде, в то время пригородном поселке, построили первые каменные трехэтажки, котлашане приезжали смотреть на них как на небоскребы. Асфальтированные тротуары в городе появились лишь в 1960‑х годах. Зато в советское время жители улетали из котласского аэропорта не только в отпуск, но и на рыбалку, и за клюквой.

Сталинское прошлое
В Сольвычегодске, что рядом с Котласом, отбывал ссылку Иосиф Джугашвили, а потому хорошо знал эти места. С 1930 года сюда начали прибывать раскулаченные и репрессированные, примерно по тысяче человек ежедневно. Котлас превратился в один из крупнейших северных пересыльных пунктов. На окраине Котласа, в Макарихе, для заключенных установили около 200 покрытых лапником бараков из жердей. Набивалось в них по 400 человек, зимой отапливались печками по углам. От голода, холода, болезней смертность была огромная, погибших сбрасывали в общую яму.
Заключенные трудились на лесоповалах, сплавляли лес. Благодаря им в конце 1941 года была проложена Северо-Печорская железная дорога Котлас — Воркута и железнодорожный мост через Северную Двину, по которым уголь и нефть с Севера начали поступать в Центральную Россию. При строительстве за ценой не стояли. По воспоминаниям очевидцев, зимой трупы оставляли на льду Северной Двины, которые по весне смывались в реку.
В исправительно-трудовом лагере в Макарихе находился в 1930‑х годах хирург и архиепископ Лука (в миру Валентин Войно-Ясенецкий), имя которого сейчас носит котласская городская больница.

Поселок при воде
Рядом с поселком Приводино на берегу Северной Двины более 450 лет стоял Прилуцкий Николаевский монастырь. После революции его в несколько дней разрушили, остались одни руины. Сейчас Приводино известно как поселок газовиков и нефтяников: рядом с ним располагаются компрессорная газовая и нефтеперекачивающая станции. НПС «Приводино» — головная для Вологодского РНУ, рядом с ней находятся офис управления, база производственного обслуживания и центральные ремонтные службы. Всего в Приводине работают более 350 сотрудников «Транснефть — Север».
Предприятие оказывает большую помощь поселку. В 2017 году по корпоративной программе развития среднего образования были отремонтированы и оснащены современной техникой и лабораторным оборудованием три кабинета точных наук (физики, математики и химии) в Приводинской средней школе. По словам ее директора Ольги Клепиковой, на их базе сейчас открывается инженерный нефтегазовый класс, где будут учиться дети с восьмого класса.
А в прошлом году ребята получили очередной подарок от «Транснефть — Север». Рядом со школой был оборудован современный стадион площадью более 3,2 тыс. м2. После учебы здесь занимаются в спортивных секциях футболисты и легкоатлеты. А в каникулы детвора гоняет на стадионе мяч с утра до ночи.
Не забывают нефтепроводчики и малышей. В детском саду № 15 «Рябинушка» обновили игровые площадки. Теперь детсадовцы могут резвиться и одновременно развивать координацию движений на качалках и дорожках-балансирах, играть в новых песочницах и лазить по канатам. А еще на средства АО «Транснефть — Север» установили фонари, и теперь дети могут играть по вечерам: на площадках светло как днем.