Вдохновение
Зачем люди ходят на выставки? За вдохновением. Обложки каталогов разжигают фантазию и воображение. Вот работа Владимира Татлина — памятник Третьему интернационалу, и видно, насколько художник опережал свое время. Приковывают взгляд крупные рубленные сумеречно-синие штрихи «Демона» Михаила Врубеля. Каталог Лувра с собранием шедевров русской иконописи, кажется, можно листать бесконечно. Авангард, дизайн, фотография, шрифты — гостиная предлагает книги по самым разным направлениям и во всей глубине раскрывает фразу «искусство принадлежит народу».
— Мы давно задумывались о формате публичной библиотеки, — говорит генеральный директор Третьяковской галереи Зельфира Трегулова. — Но пока строим такие планы, пришла идея создать общественное пространство, где можно сосредоточиться и пойти вглубь, отталкиваясь от впечатлений, полученных на выставках, или отдохнуть в перерывах между ними. Создать место, куда люди могут свободно прийти и поработать, насладиться чтением, в том числе с детьми.
Посетителям Книжная гостиная нравится. Семья Паниных заглянула случайно, но не случайно сразу нашла для себя книги по интересам. Глава семейства, спортивный инструктор, листает сборник ретро-фотографий и уже присмотрел каталог Владимира Лагранжа. Дочь заинтересовали книги по дизайну.
— Шли на выставку «Золотая черепаха» и увидели такое прекрасное место, — говорят Виктор и Анна Панины. — Здесь книги по самым разным тематикам.
Гордость
В Новой Третьяковке идет выставка «Дягилев. Генеральная репетиция». Пожелтевшие от времени сборники либретто с пометками Дягилева — за стеклом и потрогать их нельзя. А каталог к выставке «Видение танца. Сергей Дягилев и русские балетные сезоны» можно, он сам просится в руки.
Пританцовывая с обложки, еле заметно указывая рукой путь в книгу, этот внушительный том открывает наряженная Бакстом Шахерезада из «Русских сезонов». За ней по страницам ведут около трехсот экспонатов — артефакты блистательной истории русского балета XX века и его вдохновителя Дягилева. Танец, переданный фотографиями, эскизами балетных сцен, — лишь одна из граней.
Рядом на полке — брошюра о творчестве испанского новатора Пабло Пикассо, кажется неожиданной для непосвященного. Но в «Русских сезонах» он свой. Пикассо — приятель Дягилева, автор эскизов костюмов ко многим балетам. Пикассо, Шаляпин, Кокто, Рерих, Серов, Бакст, Стравинский — плеяда создателей универсального искусства, подвигнутая знаменитым импрессарио на совместное творчество, не только демонстрирует тесную связь разных видов искусства, но и наглядно показывает: у искусства нет границ. «Русские сезоны» гремели по всему миру, восхищая публику и прославляя русскую культуру.
С соседней полки смотрит другой испанец — на обложке «Мягкий автопортрет с жареным беконом» Сальвадора Дали.
Но главный акцент гостиной — на деятельности Третьяковской галереи и ее бесценного научного фонда истории искусств и отдельные каталоги, выпущенные в рамках спецпроектов к выставкам за рубежом. Вот Бакст, Нимфа (балет «Нарцисс») на обложке каталога Russland 1900 издательства Dumont очень похожа на Медузу горгону. Внутри книги не греческие боги, а Николай II, Владимир Ленин и Россия переходного периода на редких архивных фото. Сюжет дягилевского «Нарцисса» основан на «Метаморфозах» Овидия. Выставка, прошедшая в 2008 году в немецком Матильденхёе под названием «Искусство и культура в империи последнего царя» своего рода фотолетопись изменений в Российском государстве на рубеже XIX–XX веков.
Особая гордость музейного коллектива — представленные в гостиной каталоги к выставкам, когда-либо проходившим в самой галерее или при ее участии. Это не только репродукции, но и результаты научных исследований. Например, Сводный каталог собрания в четырех сериях («Древнерусское искусство», «Живопись», «Рисунок», «Скульптура»), изданный галереей. Такого труда в России больше нигде нет. А в томах академического каталога коллекции Третьяковки представлены даже лицевые рукописи времен Средневековья, которые украшали красочными орнаментами и миниатюрами с использованием краскок из натуральных пигментов. Третьяковскую галерею невозможно представить без древнерусского искусства. Поэтому принцип подбора книг для гостиной, в том числе по истории и теории искусства, звучал рефреном «От XI века до XIX и от авангарда до наших дней».
Дягилев поразил Европу и русской музыкой — концертами, на которых исполнялись произведения Рахманинова, Римского-Корсакова, Глазунова, звучали голоса Шаляпина и Фелии Литвин. Настала очередь и оперы: центральным событием гастрольных выступлений артистов Императорских театров в 1907 году стал «Борис Годунов» с Федором Шаляпиным в главной роли. Труппа «Русские балеты», основанная Дягилевым, имела колоссальный успех в Париже. Поставленные в начале 1910‑х годов «Жизель, или Виллисы», «Карнавал», «Шехерезада», «Жар-птица» и «Ориенталии» оказали огромное влияние на мировую моду и декор того времени.
Ориентация на посетителей
Поленов, Семирамидский, Серов, Репин, Коровин, Пименов, Куинджи, Якулов, Орлов…
— Самое важное для нас — собрать даже не книги, а людей, — говорит руководитель Книжной гостиной Юлия Шишкина. — До сих пор в Новой Третьяковке не было пространства, где люди могли бы отдыхать. Это место, осознания искусства в уютной атмосфере.
Здесь рады и взрослым, и детям. Для подрастающего поколения — отдельная книжная пирамидка, ведущая к вершинам познания. История мира через картины и факты, «Музейный детектив»: почти детективные рассказы о картинах из собрания Третьяковской галереи. Творчество живописцев как визуальная летопись неотрывно от истории и так или иначе отражает время, в которое жил художник, — в стиле или в идее картины. «Земной шар глазами художника» Верещагина сообщает юному читателю, что в 25 лет художник отправился в Туркестан, который только вошел в состав Российской империи.
— Папы читают журналы, ребенок спит в коляске. Можно сказать, что растим нашу аудиторию с пеленок, — продолжает Юлия Шишкина.
— Книжная гостиная — это просто очарование, — делится впечатлениями искусствовед Галина Бергонц. — Я здесь впервые, хотя Третьяковскую галерею посещаю часто. Считаю, что такие пространства очень нужны и в первую очередь нашей молодежи. Здесь наша культура, наше национальное достояние. Когда приду на следующую выставку, обязательно загляну в гостиную. Особенно приятно, если здесь появится что-то новое, например импрессионисты.
Креативность
Представлять книги — отдельное искусство. Некоторые издания лежат. Часть привычно стоит боком — корешковая выкладка, а крупные, формата А4, обращены лицом к зрителю.
Разнообразие цвета и формы создает ассортимент. Увесистые каталоги соседствуют с книжками-малышками. Классические издательские серии, такие как «Рисунок», «Живопись», «Скульптура» или о жизни Павла Третьякова, дополняет необычная подача знаний об искусстве — «Коробка с карандашами» социолога искусства Александры Новоженовой. В коробке-папке, как в матрешке, находятся сразу восемь книг с текстами, которые разделены на условные тематические блоки. Столь же многослоен и поиск смыслов в произведениях художников, сценаристов, дизайнеров. Это и личное видение реальности, и воплощение граней таланта, иногда вызов обществу, и всегда его отражение в конкретном историческом моменте.
— Я пришла посмотреть обновленную экспозицию Третьяковской галереи, но, заглянув сюда, задержалась надолго, — говорит дизайнер Елена Панкратова. — Сразу видится просторная планировка, ориентируют лицевая выкладка и подписи на стеллажах, можно прикинуть, с какой очередностью будет удобно все смотреть. Очень хорошо, что здесь можно не только почитать книги, но и посидеть отдохнуть. Уходить не хочется — в гостиной можно провести целый день.
Гостеприимство
Вместе с Книжной гостиной обновили лекционную зону, закупили новую мебель, большой видеоэкран. Зал рассчитан на 50 слушателей и востребован в просветительских проектах нового пространства.
Московский вечер в гостиной насыщен событиями: у стеллажей молодежь, в лекционном пространстве слушают выступление «Из истории российского дизайна: от императорского училища до школы авангарда». Буквально за полчаса можно убедиться, что в СССР дизайн был.
Герб Советского Союза, ставший прообразом гербов многих других стран, — ярчайший пример идеологического, но при этом удачного дизайн-проекта и — необыкновенная история. Государственный символ СССР нарисовал главный художник Гознака Иван Дубасов. Он же автор советских денежных знаков. Надпись о достоинстве купюры на банкноте с профилем Ленина была выведена вязью и обрамлялась древнерусским орнаментом. Оказывается, Дубасов начинал свою деятельность, участвуя в подготовке празднования 300-летия Дома Романовых, затем отступал с белыми, а уже потом посвятил себя молодому советскому государству.
Из лектория через гостиную есть все шансы вернуться начинающим экспертом. Вот плакат Ленгиза, созданный художником Родченко и поэтом Маяковским, моделью для него стала Лиля Брик. О нем только что рассказывал лектор, и вот плакат украшает одну из обложек на полках гостиной.
Гостиная оформлена в стиле советского модернизма. Дизайнеры вдохновлялись интерьерами Национальной библиотеки Республики Татарстан в Казани.
— Прекрасный пример того, как столица апеллирует к опыту регионов, — замечает Зельфира Трегулова.
Мягкая мебель, овальные столики, теплая подсветка деревянных стеллажей: лаконичный вид продуман до мелочей.
На мониторах компьютеров — последние новости галереи и музейная медиатека «Моя Третьяковка»: более 4 тыс. оцифрованных шедевров из запасников.
— Уже первые две недели работы пространства показали, что мы правильно выбрали место и стиль, создали располагающую, расслабляющую обстановку, — говорит Зельфира Трегулова. — Более того, когда находишься здесь, на втором этаже Новой Третьяковки, через огромные панорамные окна видишь парк Музеон, церковь Ивана Воина на Якиманке. При желании можно увидеть и открытый нами в январе этого года дом-музей братьев Третьяковых.
Другими словами, пространство Книжной гостиной открыто — всему и всем.
Открытость для сотрудничества
Открыв любой каталог к выставке, узнаешь, как много людей и организаций работают над ним, сколько сил и знаний вложено.
В Книжной гостиной отражены произведения искусства не только те, которые выставляет Новая Третьяковка, но и всего фонда, начатого когда-то Третьяковым, а также других музеев и галерей.
«От «Мира искусства“ к «Аполлону“ — цветной иллюстрированный альбом-каталог выпущен к выставочному проекту Государственного музея истории российской литературы имени В. И. Даля в содружестве с плеядой лучших столичных запасников Государственного Русского музея, ГМИИ имени А. С. Пушкина, Музея-заповедника В. Д. Поленова и других музейных, библиотечных и архивных учреждений России, включая Третьяковскую галерею и посвящен крупнейшим модернистским журналам Серебряного века «Мир искусства», „Золотое руно» и „Аполлон».
Соответствие высоким стандартам качества
Посетителям, как замечают смотрители гостиной, нравится каталожное издание к выставке «Георгий Костаки. Выезд из СССР разрешить» — к 100‑летию коллекционера, создателя первого собрания работ русского авангарда и художников-нонконформистов, которую организовывала галерея в 2015 году. Идеальная полиграфия, красивейшие иллюстрации: Павел Филонов «Первая симфония Шостаковича», Марк Шагал эскиз к картине «Дождь». За сухим перечислением названий организаций и фамилий экспертов, готовивших выставку, можно видеть колоссальный труд десятков людей. Организаторы, авторы идеи, создатели экспозиции, дизайнеры выставки и реставраторы, научные редакторы, фотографы, кураторы разделов «Древнерусское искусство», «Русский авангард», «Советское альтернативное искусство», «Народная игрушка», история жизни Костаки. Специалисты из России и Греции — более 60 фамилий людей из разных стран.
Профессионализм
Фонд гостиной подобран с особой тщательностью. Каждый стеллаж — со своим именем: «Выбор кураторов и художников», «Искусство XX и XXI века», «От авангарда до наших дней», «Архитектура», «Живопись», «Графика», «Скульптура», «Дети и родители», «Культурология», «Арт-менеджмент», «Инклюзия», «Урбанистка».
Особые полки — «Выбор директора». На них книги (порой редчайшие), переданные в фонд гостиной из личной библиотеки Зельфирой Трегуловой.
— Это более 250 книг, — отмечает генеральный директор Третьяковской галереи. — Каталоги, представляющие русское искусство и новый взгляд на него. Считаю важным сделать их публичным достоянием. Я поняла, что необходимо передать их сюда в тот момент, когда в отделе редкой книги нашей научной библиотеки увидела огромный каталог выставки «Великая утопия», где собраны изображения полутора тысяч предметов, отражающих историю русского авангарда из коллекции 56 музеев мира. Теперь он здесь, в публичном доступе, а не в закрытом отделе редкой книги Научной библиотеки Третьяковской галереи.
Среди подарков читателям от Зельфиры Трегуловой — каталог выставки «Русский путь. От Дионисия до Малевича», которую организовала Третьяковская галерея в 2018–2019 годах в Риме, в крыле Карла Великого базилики Святого Петра.
— Впервые за всю историю анализа художественных процессов в отечественном искусстве эта выставка показала, что нет водораздела между древнерусским искусством и после Петровской эпохи, — замечает Зельфира Трегулова.
От истории — к современности: в Гостиной прошлое интегрировано в настоящее. «Как устроены города», «Кварталы Волхонки», «Как читать дома — интенсивный курс по архитектуре жилых домов», гуляя по городу после прочтения таких книг, смотришь на все совсем иначе. И Крымский мост действительно становится памятником конструктивизму и словно продолжением путешествия в искусство.
Рекомендации генерального директора Третьяковской галереи Зельфиры Трегуловой
Выставка стала прорывной в представлении русского искусства в Ватикане. В каталоге — шедевры русской древней иконописи и живописи XIX — первой трети XX века: от Василия Перова, Ильи Репина, Исаака Левитана до картин Натальи Гончаровой, Василия Кандинского и Казимира Малевича. Как и в самой экспозиции, полотна расположены не в хронологическом порядке, а по принципу смысловых связок: акцент сделан на глубинной связи иконописи и русского реализма XIX века.
«Неутешное горе» Крамского — напротив иконы «Не рыдай Мене, Мати». «Страшный суд» XVI века соседствует с «Черным квадратом» Малевича. Завершающий дуэт — «Несение креста» Михаила Нестерова и икона «О тебе радуется», воплощающая дух русской соборности. В конце издания — подробный комментарий к репродукциям с анализом смысловых переплетений. Например, авторы отмечают: «Для Достоевского вопрос об Иисусе был одним из главнейших, так что поразительное сходство «Портрета Ф. М. Достоевского“ Василия Перова и „Христа в пустыне» Ивана Крамского закономерно. Написанные в одном году, эти произведения стали олицетворением русской духовности».
Каталог посвящен масштабной выставке «Великая утопия», которую называют «самым большим смотром отечественного авангарда». Такие разные по воззрениям Малевич и выбивший как-то из-под него стул, предлагая «посидеть на геометрии и цвете», Татлин. Популярный Кандинский и представители нового искусства Михаил Матюшин и Павел Мансуров. Впервые на одной площадке, а теперь и в каталоге соседствовали конструктивизм и абстракционизм, проекционизм и электроорганизм и другие стилевые оттенки авангардного течения. Экспозиция (ее готовили несколько лет) вобрала громкие и малоизвестные страницы русского авангарда XX века во всех его проявлениях: живописи, графике, архитектуре, дизайне, театре, фотографии, текстиле и плакате. Выставку, которая впервые объединила российские и зарубежные фонды творчества авангардистов, в начале 1990-х показали в четырех странах мира: Германии, Нидерландах, США и России.
Каталог оказался настолько востребован уже во время выставки, что Третьяковской галерее пришлось заказать дополнительный тираж. И сегодня это — одно из самых популярных печатных изданий в книжных магазинах музея.
«Во Врубеле выразилось все самое красивое и самое трагическое, что было в нашей эпохе», — писал Александр Бенуа. Выставка 2021 года и ее каталог — беспрецедентное собрание около трехсот произведений художника из девяти зарубежных и российских музеев и фундаментальный анализ переломного времени начала XX века, отраженного в творчестве Врубеля.
В издании собраны репродукции от «Царевны-лебедь» до множества вариаций и мотивов на тему «Демона», выполненных в неповторимой врубелевской мозаичной манере. Демонстрация пластических метаморфоз — от любви к ненависти, из реальности в фантастику — главный замысел создателей экспозиции и основополагающая идея творчества художника, у которого, по мнению исследователей, ни один мотив не завершается в рамках одного произведения. Как не заканчивается и осмысление врубелевского гения.